Биография А. Прегель

Леон Бакст. Шурочка Авксентьева

Жизнь и творчество русско-французско-американской художницы Александры Николаевны Прегель (ур. Авксентьевой; 1907-1984) являются неотъемлемой частью не только истории и культуры России и Российского Зарубежья, сегодня ее наследие, без сомнения, достояние мировой художественной культуры.
Александра Николаевна родилась в семье доктора философии Марии Самойловны Тумаркиной (1882-1976) и видного члена партии эсеров, будущего министра внутренних дел Временного правительства Николая Дмитриевича Авксентьева (1878-1943). Брак родителей быстро распался, и Мария Самойловна стала женой литератора Михаила Осиповича Цетлина (1882-1945) – внука основателя крупнейшей в России фирмы «Чай Высоцкого». Личностное становление юной Шурочки (так называли ее в кругу семьи и близких друзей на протяжение всей жизни) происходило в удивительном окружении: в «салоне Цетлиных» собирались поэты от Вячеслава Иванова до Маяковского, здесь можно было встретить Милюкова и Керенского, Бунина, Алданова, Бальмонта, Куприна, Ремизова, Шмелева, Ходасевича и многих других.

Наталья Гончарова

После большевистского переворота, как и многие вынужденные стать изгнанниками лучшие представители российской интеллигенции, Цетлины покинули Россию и обосновались в Париже.  Именно здесь, в одном из самых интересных и притягательных мест Европы, необычайно одаренная девочка начинает постигать секреты художественного мастерства под руководством выдающихся наставников: первыми ее учителями стали близкие друзья Цетлиных Наталья Гончарова и Михаил Ларионов.  Однако не только любимой ученицей стала для блистательной Гончаровой Александра Прегель (во многих ее работах визуально и энергетически чувствуется присутствие выдающейся художницы) — это были отношения, пронесенные через всю жизнь, пронизанные «отеческой» заботой и поистине «дочерней» благодарностью.
Здесь же, в столице Франции, семнадцатилетняя Александра приобщается к искусству выдающихся художников Российского зарубежья Александра Яковлева и Василия Шухаева — в 1924 г. она занимается в созданной ими Художественной студии. Параллельно с этим процесс активного профессионального формирования начинающей художницы связан с учебой в Высшей национальной школе декоративного искусства в Париже (L’Ecole Nationale Supérieure des Arts Décoratifs), которую она оканчивает в 1929 году. Чудом сохранившиеся декоративные изделия, выполненные Александрой Прегель в этот период, говорят о ее прекрасном вкусе и высоком уровне мастерства. Художница активно и успешно работает, и ее картины вскоре становятся неотъемлемой частью выставок.«Салон Цетлиных» продолжал свою жизнь и в Париже, превращаясь в один из культурных центров французской столицы. Здесь на вечере поэта Софии Прегель состоялась знакомство Александры с ее будущим мужем Борисом Юльевичем Прегелем (1893-1976) – ученым–физиком, предпринимателем (совладелец рудников в Бельгийском Конго) и коллекционером, человеком необыкновенных дарований, увлекавшимся литературой, музыкой, живописью.
Убежденный противник нацизма, с началом Второй мировой войны Борис Прегель становится одним из создателей антифашистского комитета, и его имя, еще до вступления немцев в Париж, фигурирует в списках гестапо. Прегели покидают Париж. Это событие разделяет творческую жизнь Александры Прегель на «до» и «после», ибо судьба трехсот ее картин, оставленных в парижской квартире, по сей день неизвестна.
Однако блистательно талантливая, прекрасно образованная, успешная и сказочно богатая, художница никогда не почивала на лаврах, а всегда оставалась той самой маленькой девочкой Шурочкой, воспринимающей мир чистой, открытой познанию душой. В США, где обосновались Прегели, она начинает свою творческую жизнь в буквальном смысле с чистого листа – как ребенок начинает делать свои первые шаги. Необыкновенно сдержанная, закрытая для общения и погруженная в себя Александра Николаевна открывается миру через свои фантастические по глубине работы: художница не успела воочию увидеть ужасы войны, но ее полотна войне посвященные необыкновенно реалистичны и пронизаны болью и страданием.
И конечно, столь любимая Борисом и Александрой Прегель Франция, их вторая после России родина, с которой им тоже волею судьбы суждено было расстаться, навсегда останется не только в их душе — эта любовь на протяжение всей дальнейшей жизни четы Прегель будет воплощаться в конкретных делах.  Борис Юльевич и Александра Николаевна и в военные и в послевоенные годы активно помогали нуждающимся во Франции, принимали участие в обустройстве новых беженцев из Европы, в последующем финансировали дома престарелых под Парижем и многое-многое другое. Позже тяга и ностальгия по любимому городу воплотится в прекрасных, утонченных в своей простоте работах художницы – наброски карандашом и зарисовки акварелью столь любимых и знакомых ей с юности Парижских улиц.
Талант Александры Прегель раскрывался все новыми и новыми гранями, обозначая иные горизонты ее творческого пути. Стараясь поддержать любимого мужа, художница дарит ему возвращение в их общее детство, в мир, кажущийся теперь нереальным – создает рукотворные книги по сказкам Пушкина. На протяжение нескольких лет художница будет преподносить ко дню рождения Бориса Юльевича созданные ею маленькие шедевры – рукотворные книги на страницах которых находили отражение проиллюстрированные библейские сюжеты, избранные стихотворные произведения Блока.
Во время своих немногочисленных поездок по Израилю, в начале 1960-х гг., художница создает ряд потрясающих графических работ, посвященных этой стране. Задавшись целью создать иллюстрации к Ветхому Завету Александра Николаевна изучает иврит, дабы иметь возможность прикоснуться к Библейским текстам в первоисточнике.
Русско-французско-американская художница – как верно сегодня это определение применительно к уникальному художественному наследию Александры Прегель. Однако сама Александра Николаевна, несмотря на безграничную любовь и к Франции, и к США, на протяжении всей своей жизни мечтала вернуться в страну своего детства – далекую, и вместе с тем столь близкую ее душе и сердцу Россию.
Ее мечте не суждено было осуществиться. Но благодаря близким ей людям, хранителям ее наследия и архива, носителям ее живой памяти мы знаем о заветном желании мастера, высказанном незадолго до того, как она покинула этот мир – пусть не она сама, но ее художественные произведения вернутся на родину, и станут достоянием России.
Сегодня счастливыми обладателями небольшого собрания картин Александры Прегель в России являются несколько частных коллекционеров. Тогда как в США 45 уникальных работ Александры Николаевны Прегель ждут своего часа возвращения в Россию.

 

 

Закрыть