Киевская Русь времен Ярослава и Ярославичей была настоящим центром пересечения интересов разных государств и их властителей. Киев был интегрирован в общеевропейский контекст и играл в нем важную роль. Иногда даже второстепенные — с точки зрения нашей, отечественной истории — фигуры оказывали величайшее влияние на историю Европы. Великий князь киевский Ярослав Владимирович Мудрый (978-1054) был одним из самых выдающихся русских правителей. Но также он известен и своими дочерями, которые вышли замуж за королей Франции, Норвегии и Венгрии. Звали княжон Анастасия, Елизавета и Анна. Однако была еще одна дочь — Агафья, которая стала королевой Англии и праматерью королей Шотландии.

 

Итак, перед нами сложный клубок сплетений судеб и интриг. Несколько исторических и генеалогических линий переплелись воедино вокруг одной судьбы. Десятки монархов и выдающихся людей своего времени объединены вокруг одной женщины и ее семьи.

Агата, или Агафья Киевская, – одна из самых больших загадок Средневековья. Она была дочерью Ярослава Мудрого. Только вот в учебниках истории её имя среди дочерей знаменитого киевского князя не фигурирует, поскольку официально считается, что дочерей у великого князя было всего три. Тогда почему же на фреске Софийского собора в Киеве их изображено четыре? Справа от фигуры Иисуса Христа был изображён идущий к нему князь Ярослав, слева — его супруга княгиня Ирина. За князем в торжественной процессии шли их сыновья, за княгиней —  дочери. Их даже идентифицируют: первая (самая высокая) — Анастасия (королева Венгрии), за ней Елизавета (королева Норвегии), Анна (королева Франции) и… еще одна, которая вполне может быть Агафьей, вышедшей замуж за короля Англии и сменившей имя на Агату. Почему же существование такой заметной личности (дочери князя, королевы) стоит под вопросом?
Отсутствие упоминаний об Агате в древнерусских источниках вовсе не является аргументом, доказывающим, что у Ярослава Мудрого не было такой дочери. О трёх его дочерях — Анне, Анастасии и Елизавете, историки тоже знают исключительно из иностранных источников, причем крайне мало. Годы их рождения определены очень условно. Такое положение вещей было типичным для Киевской Руси того времени — историки до сих пор точно не знают, сколько, например, вообще было дочерей у многодетного (и любвеобильного) киевского князя Владимира Великого — принято считать, что «не менее десяти». Из этих десяти известны имена только трёх — Предслава, Мстислава и Мария-Добронега (дочь византийской принцессы, впоследствии королева Польши), под вопросом имя ещё одной — то ли Гремислава, то ли Премислава. Но даже такая обрывочная информация почерпнута в основном, опять же, из иностранных источников. Имена остальных шести княжон, как и их судьбы, покрыты полнейшим мраком неизвестности.

Знаменитейшая Анна Ярославна была у историков популярнее других сестер исключительно из-за своего «скандального» (правнучка великой Ольги не замораживалась ан «идиотские приличия») второго брака с графом Раулем де Крепи. Впрочем, сыграло свою роль, что она, как и её прабабушка, около десяти лет была регентшей при своем старшем сыне короле Филиппе.
В отличие от других сестер, Агате не слишком повезло в замужестве, и это несмотря на то, что она встретила все-таки свою любовь.
Англия тех времен терпела непрерывные набеги викингов (так называемых данов, ныне именуемых датчанами), которые превращались во вполне полноценные войны. А войны, как известно, порождают отток населения (и очень часто представителей аристократии и правящих династий) из страны. Даже в ХХ веке проблемы венценосных изгнанников будоражили умы. А что уж говорить о веке Х или ХІ, когда святость соседствовала с жесткостью в дворцах монархов.
Будущий муж Агафьи Ярославны, принц Эдуард Изгнанник родился в период массированного датского вторжения в англосаксонское королевство. Он был сыном короля Англии из Уэссекской династии, правившей объединённой Англией с 871 года, Эдмунда II Железнобокого (примерно 990-1016), который возглавлял королевство всего лишь 6 месяцев — с 23 апреля по 30 ноября 1016 года, и, однако, за столь короткое время успел выиграть три битвы с датчанами. К сожалению, после внезапной смерти Эдмунда (о её причинах ходили разные слухи — молодому королю в момент скоропостижной смерти, причём не на поле боя, было всего 26-27 лет) все его победы завершились полным завоеванием Англии датскими викингами.
Когда Эдуарду было лишь несколько месяцев от роду, по приказу завоевателя Англии, англо-датского короля Кнуда Великого (994-1035) Эдуард, его брат Эдвин, а также их дядя Эдвиг (сын Этельреда Неразумного, внук святого Эдгара Миролюбивого и племянник святого Эдуарда мученика) были увезены в Данию — предположительно для того, чтобы там от них по-тихому избавиться. Эдвига, собственно, и убили довольно быстро. К счастью для детей, в их окружении нашлись сторонники англосаксонских королей. Среди них был и святой Олаф Шётконунг (980 — 1022), король Швеции (995 -1022), сын Эрика VI Победоносного и Гунхильды Польской, единоутробный брат короля Дании и Англии Кнуда Великого. По его распоряжению и увезли мальчиков на Русь, где тогда царствовала его дочь Ингегерда. Именно тогда сторонники англосаксонской династии сумели тайно увезти юных принцев в Ладогу, где посадником (ярлом) был Регнвальд Ульвсон, родственник шведской принцессы Ингегерды (Ирины), жены Ярослава Мудрого, а оттуда — в Киев, где позднее Эдуард и женился на киевской княжне.

Ярослав Мудрый

Известно, что Ингигерда (или святая Ирина Киевская), жена Ярослава, любила привечать при дворе юных принцев-изгнанников — с политическими ли мотивами или, что более вероятно, из жалости. Среди воспитанных в Киеве чужеземных принцев были венгерские принцы Андрей и Левенте, а также к ним присоединились два юноши-англичанина, Эдуард и Эдвин, дети убитого дядей Ингигерды, английского короля, их отца. Ингигерда взяла всех принцев под свою защиту, она пожалела изгнанников, и видимо, хотела, хоть частично, искупить вину родных.
А позже Эдуард, и вошёл в историю как король по прозвищу «Изгнанник». На самом деле шансы, что он вернёт себе престол, были невелики. Агафья, на которой он женился в Киеве, была дочерью Ярослава   и Ингигерды (впрочем, по положению ему другие киевские девушки не подходили), то брак их был скорее по любви, чем дальним расчётом милосердной тещи. Тем более, что оба были очень молоды и, скорее всего, хороши собой: матери обоих славились красотой.
Вскоре после свадьбы Эдуард узнал, что узурпатор умер. Ему наследовал его брат, известный в истории под именем Эдуарда Исповедника — но брат, наполовину английского происхождения, наполовину нормандского, соблюдал обет безбрачия.
Таким образом, Эдуард Изгнанник мог стать наследником первой очереди своего дяди и тезки, короля Эдуарда Исповедника. Чтобы напомнить об этом новому королю, понадобилось лет десять. Здесь не последнюю роль сыграло сопротивление магнатов, которые хотели посадить на престол своего человека. А тем временем крайне благочестивый король не собирался связываться с женщинами и иметь детей, а единственным родственником мужского пола, которому можно было передать корону, был проживающий при венгерском дворе племянник короля, муж Агафьи, принц Эдуард Изгнанник. Однако он не казался британскому монарху подходящей кандидатурой на трон, поскольку всю жизнь провел заграницей и не знал английского уклада; с куда большей охотой Эдуард передал бы трон нормандцу Вильгельму, его родичу по матери (троюродному брату), поскольку сам Исповедник вырос и прижился в Нормандии.

Ингигерда — великая княгиня киевская

Но перенесёмся мысленно на другой конец Европы. В Киеве Эдуард подружился с ещё одним изгнанником – Андрашем (Андреем) Венгерским, которому тоже покровительствовала добрая Ингегерда, которая выдала за него свою дочь. Так, принцы-изгнанники стали свояками и решили в меру сил содействовать друг другу в возвращении тронов. В 1046 году Андраш с семьей отправляется в Венгрию, где ему удалось взойти на прародительский престол. Известные европейские хронисты того времени уверенно сообщают, что Агата была родной сестрой жены короля Венгрии.
Десять с лишним лет семья английского принца-изгнанника и его брат Эдвин провели в Европе – не только в Венгрии, где королевой была Анастасия Ярославна, сестра Агафьи, но и в Польше, где царствовала тетка Агафьи, королева Мария Владимировна, и во множестве германских государств.
Но именно в Венгрии, прошла значительная часть жизни Агаты и Эдуарда Изгнанника. Бывший киевский изгнанник, Андрей, который уже стал венгерским королем, оказывал им королевские почести и держал на положении почетных гостей. При этом Агата вела оживленную переписку с коронованными родственниками, пытаясь вернуть для своего мужа английский престол.

Эдгард Этелинг

В 1040 году у Агаты и Эдуарда родилась первая дочь, Кристина, ставшая настоятельницей аббатства Ромси в Хемпшире. Около 1045 на свет появилась вторая дочь — Маргарита Святая и чуть позже сын, известный под именем Эдгард Этелинг (слово этелинг обозначает «наследный принц»). Брат Эдуарда, принц Эдвин, всюду сопровождал его. Однако при венгерском дворе Агата и Эдуард пробудут достаточно долго.
А пока мы мысленно вновь перенесемся на другой конец Европы и опишем то, что происходило в Англии, пока там отсутствовали (по объективным причинам) принцы Эдуард и Эдвин.
Описывая правящие династии Англии, многие почему-то начинают с Нормандских монархов, забывая об Уэссекских. Их род правил в Уэссексе еще с 519 года, однако объединение общих территорий произошло при Альфреде Великом в конце IX века. Он первый назвал себя королем Англии.
Правление династии прерывалось датскими завоеваниями (наиболее значимым было завоевание Кнуда Великого, именно того, кто изгнал Эдуарда из Англии), а затем снова восстановилось в 1042. Последним представителем считается сын Агафьи и Эдуарда,  Эдгар Этелинг, о котором мы расскажем ниже.
На некотором этапе — после смерти Кнута Великого (который, кстати был сыном датского короля Свена Вилобородого и Гунхильды, дочери князя Польши Мешко I), о котором мы упомянули выше, а именно в 1035 году — казалось, что существует возможность создать антидатскую лигу.

Дочери Ярослава Мудрого. Фреска Софийского собора в Киеве.

Но дело осложнялось тем, что Кнут, завоевав Англию, женился на вдове законного правителя — дедушки Эдуарда, короля Этельреда Неразумного, — Эмме Нормандской и, таким образом, Кнуду удалось  из узурпатора превратился в законного правителя. Эмма сделала все, чтобы ее внук Эдуард не смог стать королем, а власть перешла к ее сыну от второго брака с Кнудом Великим, принцу Хардекнуду, который стал королем в 20 лет, процарствовал 2 года и в июне 1042 года он внезапно умер на одном из пиров. Поскольку у него не было детей, власть снова вернулась к представителям Уэссекской династии — новым королем Англии был избран дядя Эдуарда Изгнанника, святой Эдуард Исповедник.
Новый король не питал сыновних чувств к матери, которая практически отказалась от него, найдя счастье в объятиях Кнуда. Эдуард Исповедник на протяжении 25 лет воспитывался в Нормандии и не появлялся в Англии. Взойдя на трон, он обвинил свою мать в заговоре против него и приказал заточить Эмму Нормандскую в тюрьму, где она скончалась спустя девять лет и была похоронена с королевскими почестями в Вестминстерском аббатстве.
Кстати, благочестие Эдуарда заставило его осуществить один строительный проект, наиболее амбициозный из всех, которые до тех пор предпринимались в Англии. Около 1050 г. он начал перестраивать старую монастырскую церковь в Вестминстере в собор, достойный английских монархов. В Англии архитектура захирела, зато в Нормандии последние сорок лет она развивалась с поразительным успехом. Поэтому для Вестминстерского аббатства Эдуард, естественно, обратился к нормандским архитекторам, хотя, когда новый собор был построен, он отличался великолепием и новизной даже по их меркам, чем, возможно, был обязан также и английским традициям в декоративном искусстве. Есть какая-то ирония в том, что последний величественный памятник королевскому дому Уэссекса был плодом в основном нормандской культуры.
И вот почему, так пришлось им долго ждать, ведь только после смерти Эммы, злой  «Цирцеи», в этой игре престолов, Эдуард Изгнанник с супругой смогли вернуться в Англию по приглашению своего родного дяди, короля Англии (и тёзки), Эдуарда Исповедника, который, безусловно, обеспечил материально семью своего племянника.  Но вернулся Эдуард только с женой и детьми, но без брата Эдгара, который незадолго до этого умер в гостеприимной Венгрии. А для высшей английской знати Агата и её дети оставались чужаками, без связей и поддержки.

Эдуард Исповедник

Дядя принца-изгоя, Эдуард Исповедник, как мы помним, был человеком набожным, всячески содействовал монастырям и распространению христианства, за что получил свое прозвище, а позже был канонизирован. Эдуард Исповедник умер бездетным, и, поскольку в преемники он никого не определил, в стране возник конституционный кризис. С его смертью прекращалось тридцатилетнее засилье датчан, а мать его была нормандкой. Все это дало возможность предъявить права на английский престол сразу двоим викингам — Вильгельму, герцогу Нормандии и внучатому племяннику Кнуда, и   родичу Исповедника по материнской (нормандской) линии, но не только ему, но и Харальду Суровому, женатому на Елизавете Ярославне, королю Норвегии и (по его мнению) Дании и в близкой перспективе Англии. Оба опирались на некие им только ведомые устные договорённости с Эдуардом Исповедником, что они могут ему наследовать. Но английские магнаты выдвинули из своей среды на пустующий престол дальнего родича набожного венценосца (примерно, семиюродного брата, потомка племянника Альфреда Великого, того самого, что и основал  Уэссекскую династию) Гарольда II Годвинсона, к которому ранее  вяло благоволил Исповедник.
И тогда другой зять Ярослава Мудрого, принц Эдуард Изгнанник, на тот момент был единственным прямым законным наследником бездетного дядюшки, что совершенно не устраивало других претендентов на корону Англии, имевших на нее гораздо меньше прав.  Но тут могла бы состояться не трогательная дружба свояков, которая отличала венгерского короля и английского наследного принца, а наоборот, кровавая вражда Эдуарда и Харальда Сурового. А примирить их сестры Ярославны вряд ли смогли бы.

Эдуард Изгнанник

Но тут в ход истории вмешался случай. Ведь Эдуард Изгнанник, скончался спустя всего несколько недель после прибытия на родину. Никто не сомневался, что 40-летний принц, только что ставший королем, был отравлен — его внезапное появление мешало слишком многим честолюбцам. Похоже, местная элита не готова была к монарху, воспитанному в далёкой восточной стране.
Но события развивались весьма стремительно. Сразу после вступления на престол Гарольд Годвинсон направился в Йоркшир, где одержал победу над Харальдом Суровым (и убил его) в битве при Стамфорд-Бридже, после чего поспешил назад — лишь для того, чтобы лишиться жизни в битве при Гастингсе на побережье Сассекса от руки солдат Вильгельма. Как только весть о гибели Гарольда достигла Лондона, оставшиеся в живых члены Витана тут же избрали королем Эдгара Этелинга, сына Агафьи и Эдуарда — хотя сердцем они были против своего же решения. Короновать Эдгара так и не успели.
И овдовевшая Агата Киевская с тремя своими детьми — дочерями Кристиной, Маргаритой, и единственным сыном, пока осталась в Англии.  А дочь Харольда, который проиграл этот тур, принцесса Гита, бежала на Русь, где вышла замуж за внука Ярослава Мудрого, Владимира Мономаха. Вот такая ирония игры престолов, все нити, в конечном счете сводились в Киеве, где очень хорошо жилось всем изгнанникам. Ведь позже Гита Харальдовна стала матерью киевского князя Мстислава Великого, а также (по наиболее распространённой версии) и Юрия Долгорукого. Она прославилась благодаря своему влиянию на восточноевропейскую политику, а по сообщениям некоторых источников, она отправилась в первый крестовый поход вместе с Готфридом Бульонским и была погребена в Палестине.

Готфрид Бульонский

Но не так благополучно сложилась судьба киевского пост-изгнанника в Британии, поскольку  утвердиться на престоле 16-летнему на тот момент принцу Эдгару Этелингу опять не удалось: Англия была захвачена  норманнами, и королём стал Вильгельм Завоеватель. Вильгельм двинулся к Дувру, а оттуда в Кентербери, где принял капитуляцию Винчестера, второго по значимости города королевства.  И теперь главной его целью стал Лондон, сердце английского сопротивления, возглавленного Эдгаром Этелингом. Встретив сопротивление на Лондонском мосту, Вильгельм обошел город стороной, полностью разорив его окрестности.
Итак, в 1066 г. Англия пережила, одного за другим, пятерых королей. Эдуард Исповедник умер в январе, и на трон взошел Гарольд, который, как мы помним, в одной из битв, убил Харальда, что тоже претендовал на английский трон. После того как Гарольда убили при Гастингсе в октябре, королем был провозглашен Эдгар Этелинг. Он правил всего два месяца, до Рождества — дня, когда английская корона была водружена на голову Вильгельма Завоевателя, который умел договариваться с церковными иерархами и приносить им вовремя им немалые пожертвования.
Эдгар Этелинг длительное время пытался организовывать сопротивление норманнам и королю Вильгельму. Он нападал на норманнские отряды, убивал завоевателей. Однако после длительного периода «партизанских войн» был вынужден капитулировать, не находя поддержки у соседних монархов. В 1074-м Эдгар признал Вильгельма королем Англии и отказался от претензий на трон. Вильгельм пожаловал Эдгару земельные владения в Нормандии и Англии, а также пенсион в размере 1 фунт в день.
В 1098 году Эдгар Этелинг перебрался в Константинополь, где служил в варяжской охране Византийских императоров. Он командовал флотом императора Алексея I во время Первого Крестового похода и участвовал в осаде Антиохии…. Когда Генрих I (1069—1135), четвертый сын Вильгельма Завоевателя, женился на племяннице Эдгара Этелинга, шотландской принцессе Матильде (дочери его сестры Маргариты), он простил бывшего подростка-короля. Эдгар умер в Шотландии в 1126 г., будучи почтенным семидесятилетним стариком. Так и не женившийся, без детей, он, последний англосаксонский король и последний (по мужской линии) представитель дома Уэссексов — первой королевской династии Англии, — был похоронен в неизвестной могиле.
Но вернемся к судьбе Агафьи Ярославны. Она стала вдовствующей королевой Англии, а после норманнского завоевания (1066) с двумя дочерями решила вернуться через Францию (где царствовала тогда Анна Ярославна) в Венгрию, где планировала дожить свои дни при дворе сестры, да Киев, родной и любимый, был бы относительно недалеко. Однако шторм прибил их корабль к берегам Шотландии, где их гостеприимно встретил король Малкольм III.  Он предложил семье остаться у него навсегда, а Маргарите предложил выйти за него замуж. Маргарита, очень набожная и потрясенная призрачностью земного величия, уже почти решила стать монахиней, однако король обратился к ее брату Эдгару, и тот Маргариту убедил стать женой короля Шотландии – воистину, к счастью для этой страны, но и не только.
Агата доживала век при дворе шотландского короля.  Да не просто доживала там свой век вдовствующая королева Англии, киевская княжна Агафья Ярославна.  В Шотландии она стала королевой – матерью, именно там окончились для неё годы скитаний, она обрела не только кров во дворце своего зятя, но и активно занялась управлением страной, она помогла своей дочери в осуществлении государственных и церковных реформ, строила храмы и монастыри. Возможно, именно по совету Агафьи, её внучка, принцесса Матильда, была выдана замуж в Англию, за сына Вильгельма Завоевателя, будущего короля Генриха Первого. Этим мудрым шагом была значительно приостановлена борьба между саксонской и нормандской партиями. Матильда, как мы помним, приходилась правнучкой предпоследнему англосаксонскому королю Эдмунду Железнобокому. Женитьба на Матильде способствовала легитимизации прав Генриха I и его потомков на престол Англии до сего дня.

Великая равноапостольная княгиня Ольга

Не исключено, что Агафья здесь последовала примеру своей великой прабабушки, киевской княгини Ольги, которая по одной из версий происходила из династии Кия и была родственницей святого мученика, князя Аскольда; а её брак с Игорем Рюриковичем, помирил завоевателей и покорённых, и тем самым способствовал не только триумфальному развитию Киевской Руси, но и активному распространению там Христианской веры.
Безусловно, Агафья помогала воспитывать внуков, которые стали добрыми и мудрыми правителями, но не только монархами, что активно покровительствовали церкви и усиливали позиции христианства, но и монахами. Возможно, она переписывалась или даже посещала своих венценосных родственников, и, прежде всего, сестру во Франции, или тетушку, королеву Польши, или другую сестру Елизавету, что стала во втором браке датской королевой, но точных данных о её счастливых странствиях у нас. В любом случае, после всех скитаний, ужасающей постоянной неопределенности, благочестивая и мудрая Королева Агафья обрела покой и волю, а возможно и счастье.

Малькольм, Король Шотландии

И где-то уже после гибели зятя и смерти дочери Маргариты в 1093 году  стала монахиней в монастыре Ньюкасл-апон-Тайн.  Скорее всего, к этому её подвигла феодальная война, которая началась после смерти Малькольма. В результате ее внуки Александр и Эдгар стали управлять Шотландией. Но и в монастыре она им помогла советами и молитвами. Пережив мужа, дочь и зятя, Агафья Ярославна нашла утешение в созерцательной жизни. С молитвой на устах она передала свой дух Царю Небесному и присоединилась к сонму своих святых родственников.
Мы не знаем, когда именно она умерла и где похоронена. Вполне возможно, что ее могила находится в Данфермлинском аббатстве, построенном ее дочерью и ставшем усыпальницей шотландских королей. Таким образом, потомки Агафьи, в том числе и знаменитая Мария Стюарт, и ныне здравствующая баба Лиза де Винзор, прочно или не очень сидели  и сидят на тронах туманного Альбиона. Проиграв один тур в игре престолов, она из жертвы превратилась в победительницу. Мир её праху!!!!

*****

СВЯЗАТЬСЯ С РЕДАКТОРОМ:
ПРИСОЕДИНИТЬСЯ К НАМ НА FB

НА ПРАВАХ РЕКЛАМЫ: