Иоганнес фон Гюнтер (1886–1973) родился в Митаве, нынешней Елгаве, в семье балтийских немцев. Русский язык он знал с детства и воспринимал не как иностранный, а почти как второй родной. Именно поэтому русская поэзия вошла в его жизнь очень рано — сначала как увлечение, затем как профессия и, в конце концов, как главное дело всей жизни.
В начале XX века молодой Гюнтер приехал в Петербург и почти сразу оказался в среде русского Серебряного века. Он познакомился с Александром Блоком, Вячеславом Ивановым, Андреем Белым, Михаилом Кузминым, Николаем Гумилёвым, Максимилианом Волошиным и Сергеем Маковским. Бывал на знаменитой «Башне» Иванова, сотрудничал с журналом «Аполлон», переводил русских поэтов и рассказывал русской публике о немецкой литературе.
Он был красив, молод, самоуверен и пользовался успехом у женщин. Одной из тех, кто им увлёкся, была Елизавета Дмитриева, будущая Черубина де Габриак. У неё действительно были заметные выступающие клыки, что современники запоминали едва ли не прежде её стихов. Эта странная внешняя деталь только усиливала её образ: хромая, болезненная, не считавшая себя красивой женщина создала загадочную испанскую поэтессу Черубину и заставила литературный Петербург влюбиться в вымышленный образ.
Дмитриева доверила Гюнтеру тайну Черубины. Он оказался не слишком надёжным хранителем чужих секретов. Через разговоры, намёки и пересуды история дошла до Гумилёва и Волошина и стала частью той сложной цепи событий, которая завершилась их знаменитой дуэлью. Гюнтер не был единственным виновником, но роль посредника и разносчика опасных признаний сыграл.
Главным его талантом всё же были не интриги и не собственные стихи, а переводы. Он перевёл на немецкий Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Тургенева, Толстого, Достоевского, Лескова, Чехова и тысячи русских стихотворений. Его переводы могли быть свободными, иногда слишком гладкими, но они звучали как настоящая немецкая поэзия. Благодаря Гюнтеру многие немецкие читатели впервые познакомились с русской литературой.
После отъезда из России он жил в Германии, работал в издательствах, основал собственное издательство, продолжая выпускать книги с переводами русских авторов. Он написал романы, пьесы, стихи и мемуары, но всё это осталось в тени его переводов.
После прихода Гитлера к власти Гюнтер не эмигрировал и не ушёл в открытое сопротивление. В октябре 1933 года он оказался среди 88 немецких писателей, подписавших публичное «обещание вернейшей преданности» Адольфу Гитлеру. Текст был напечатан в немецких газетах и представлял собой демонстративную клятву лояльности новому режиму.
Это был публичный политический жест, сделанный в момент, когда из немецкой культурной жизни уже изгоняли евреев, оппозиционных писателей и художников.
В годы Третьего рейха Гюнтер продолжал жить и работать в Германии, печататься, переводить и писать. В 1939 году вышел его роман о Распутине. Он сохранил профессиональное положение и не подвергался преследованиям, что само по себе показывает: режим не считал его опасным или чуждым. При этом оснований называть его убеждённым нацистом тоже недостаточно.
После войны он не исчез из литературной жизни. Его переводы снова издавались и в Западной, и в Восточной Германии. Он продолжал восприниматься прежде всего как переводчик русской классики.
В старости Гюнтер написал книгу воспоминаний «Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном». Это яркая, хотя и не всегда точная книга. Он любил приукрасить собственную близость к знаменитым людям, но сохранил множество живых деталей о Петербурге, Блоке, Гумилёве, Кузмине, Волошине и литературной богеме. Книга переведена на русский язык.
